Офшорное соглашение с Люксембургом обещает России миллиарды долларов

Офшорное соглашение с Люксембургом обещает России миллиарды долларов

Подписание 6 ноября новой редакции соглашения о предупреждении двойного налогообложения между Россией и Люксембургом практически затерялось в потоке новостей о президентских выборах в США, обстановке в Нагорном Карабахе и прочей громкой медиа-повестке дня. Тем более, что аналогичные «офшорные» соглашения ранее были подписаны нашей страной с Кипром (7 сентября) и Мальтой (1 октября) — мол, что тут нового?

Разберемся в этом вопросе.

Начнем с того, что наряду с новыми стандартами финансовой отчетности, утвержденными МВФ и раскрывающими подноготную любого «налогового рая» современного мира — за исключением тех, что находятся на территориях со статусом личной собственности монарха Соединенного Королевства, — эти соглашения призваны хотя бы отчасти сократить бегство капиталов из России и перенаправить их во «внутренние офшоры» — специальные административные районы.

Тонкость с потенциальной стоимостью в миллиарды долларов заключается здесь в том, что если в предыдущих соглашениях прописаны исключения из новой, 15%-ной ставки налогообложения на доходы от дивидендов и процентов по ним, то в нынешнем — исключения из прежней, 5%-ной ставки. Возможно, это связано с тем, что Кипр и Мальта входят в число британских офшоров, а Люксембург — офшор «европейский». Это и раньше имело значение, а с учетом Brexit — особенно. Не случайно многие международные финансовые структуры уже перевели или планируют перевести свои лондонские офисы и штаб-квартиры на территорию континентального ЕС, прежде всего во Франкфурт-на-Майне и Париж.

Офшорное соглашение с Люксембургом обещает России миллиарды долларов

Казалось бы, в век современных информационных технологий и коронавирусного стимула к тотальной удаленке никакой разницы в данном отношении быть не должно. Но она есть, и весьма существенная. Сам человек — не компьютерная программа. Он нуждается в очень многих ресурсных «подачах», которые носят порой взаимоисключающий характер, и сбалансировать их в комплексе с задачами внутри зоны какой-то гарантированной оптимальной функциональности — задача чрезвычайно сложная. И тот же лондонский Сити, судя по всему, из этой зоны медленно, но верно выходит, а, например, Швейцария (с Лихтенштейном) в ней остается.

Тот же кандидат на выборах президента США Джозеф Байден с 1973 года, то есть уже почти полвека, представляет в американском политическом сообществе интересы штата Делавэр, главной офшорной территории внутри страны, а с 2009 года, когда он стал вице-президентом при Бараке Обаме, — всей «империи нефтедоллара». Поэтому его возможная победа на президентских выборах-2020 будет означать, прежде всего, продление режима глобального рынка и его «экономических убийц» (см. книгу Джона Перкинса).

При этом бездолларовая зона в мировой торговле и финансах будет расширяться ускоренными темпами. Что, разумеется, в интересах прежде всего Китая, который рассчитывает на более достойную долю своей валюты в международных расчетах и в корзине специальных прав заимствования (SDR) МВФ. Сейчас она составляет лишь 10,92% при доле КНР в мировой экономике 2019 года почти в 17,3%. Для сравнения, у США — 41,73% SDR при 15,7% от мирового ВВП (ППС).

Как показывают соглашения с Кипром, Мальтой и Люксембургом, формирует собственную валютную зону и Россия, пересматривая структуру своих финансовых потоков, в том числе идущих через офшорные каналы. Последние по времени кадровые решения в правительстве затронули инфраструктурное крыло его экономического блока и, по всей видимости, связаны с новыми масштабными проектами в этой сфере, уже имеющими положительное решение о финансировании, включая участие иностранных и офшорных инвесторов…

Офшорное соглашение с Люксембургом обещает России миллиарды долларов

Опыт строительства газопровода «Северный поток — 2» подсказывает, что рассчитывать хотя бы на нейтралитет крупнейших западных, да и китайских, и любых других иностранных банков и корпораций, на свободное прохождение через них средств российского происхождения — особенно в реверсном режиме, — в нынешней ситуации не приходится. Поэтому — «Россия сосредотачивается», и в финансовой сфере — тоже.

Надо лишь иметь в виду, что такая фаза мобилизации обычно непосредственно предшествует фазе конфликта. Видимо, пока — в режиме «кто не против нас, тот с нами». ЕС и Великобритания дали понять — не на словах, а на деле, на деньгах, — что сейчас они «на самом деле не против». И это уже результат.

Источник

Загрузка ...